ЭПИЛЕПТОИД (типология Егидеса)

Внешность. Обычно это человек нормального, среднего телосложения. Он всегда аккуратно, даже подчеркнуто аккуратно одет, опрятен, на одежде обычно нет ни пятнышка, ни торчащей ниточки, ни даже чуть-чуть расшатавшейся пуговички.

Оглавление:

Одеты они не сверхмодно, но и не вызывающе старомодно. Обычно классический стиль или мода 5 (±2)-летней давности.

В связи со своей высокой энергичностью говорят эпилептоиды всегда четко и громко. Речь их хорошо организована и понятна. Это хорошие лекторы.

Дом. Любовь эпилептоида к порядку находит особо яркое выражение в состоянии его дома. Он свято поддерживает порядок в своих вещах, постоянно производит генеральные уборки, а в промежутках следит за тем, чтобы каждая вещь лежала на своем месте. Поддерживая подобные «сверхпорядок» и «сверхчистоту», эпилептоид требует того же и от своих домашних, постоянно преследуя их за любые нарушения — за вещь, положенную не на место, за черное пятнышко на дне кастрюли (если речь идет о женщине-хозяйке), за другие мелочи. Точно также, придя в какой-то другой дом — в гости или по делу, эпилептоид первым делом смотрит на чистоту и аккуратность этого дома, по этим признакам оценивая хозяев как людей «приличных» и «недостойных». Кроме того, он часто и вслух высказывает хозяевам свои замечания, а если это близкие родственники — то наверняка возьмется за наведение порядка в их доме.

Эпилептоид не любит переездов с квартиры на квартиру, т. к. они нарушают привычный порядок. Убранство квартиры его не сверхмодное, а «как у всех», главное для него — «чтобы было не хуже, чем у людей».

Вещи. Эпилептоид любит вещи, именно любит, как другие любят людей, тем более, что к людям-то как раз у него особого интереса нет, к людям он относится скорее как к вещам, а к вещам — как к людям: не вещи для людей, а люди для вещей. Он помнит, откуда у него каждая вещь, как оно ему досталась, как он ее покупал, принес, кто ее подарил. Причем, если это подарок, то он — не повод для воспоминаний о дарителе, а наоборот, человек — повод для того, чтобы вспомнить о подарке.

Занимаясь уборкой, эпилептоид может разговаривать вслух — беседовать со своими вещами, может быть, даже откровенничать с ними, потому что откровенничать с людьми ему не свойственно. Истероид тоже может во время уборки разговаривать с вещами, но мотивы его поведения совсем другие он «репетирует», представляет себе, что он не один, или что за ним случайно кто-то подсматривает, в вещах истероид видит (в таких разговорах) не сами вещи, а как бы людей, своих знакомых или еще не знакомых. Эпилептоид же обращается именно к вещам, которые он очень любит.

Деньги. Эпилептоиду свойственно копить деньги, экономить, записывать расходы, планировать все траты и покупки: содержать свои финансовые дела в таком порядке, как и все остальные. Эпилептоид почти никогда не берет денег в долг, но если он обратился с просьбой одолжить ему денег, то можно смело это сделать, т. к. он будет исключительно точен и скрупулезен, запишет свой долг и отдаст его точно в то время, когда обещал. Самим же обращаться к эпилептоиду затем, чтобы одолжить денег, нежелательно — его удивляют и раздражают подобные просьбы, такая просьба может стать поводом для длительного нравоучения на темы о пользе экономии, вреде долгов. Если же у вас окажется достаточно причин, которые заставят эпилептоида дать вам денег, то он также, как и когда сам брал в долг, запишет все в записной книжечке и строго в срок станет требовать возвращения долга, несмотря ни на какие ваши уговоры. Не очень ярко выраженная эпилептоидная экономность, тяга к накопительству, видна в характере известной героини Гоголя помещицы Коробочки. Если же это свойство доходит уже до уровня болезни, то оно превращается в скупость, стяжательство, иногда совершенно бессмысленное накопительство, как в случае с гоголевским Плюшкиным или еще более трагично — с пушкинским Скупым Рыцарем.

Здоровье. К своему здоровью эпилептоиды относятся совершенно так же, как и ко всему остальному — ответственно и организованно. Если они знакомятся с какой-нибудь оздоровительной системой, которая вызывает у них доверие, то они становятся ее активными приверженцами, систематически занимаются оздоровительным бегом, голоданием или другими процедурами. Эпилептоиды при этом стараются заставить заниматься по этой системе всех, кого они могут заставить (детей, супруга, домашних) и агитируют за нее всех, кого заставить не могут (сослуживцев, друзей и т. д.). Поэтому здоровье эпилептоидов чаще всего крепкое. Если, однако, они заболевают, то тщательно лечатся, соблюдая все предписания врача, тщательно дезинфицируя все предметы, которых касаются, чтобы не заразить домашних, и т. д. По крайней мере четкая организованность эпилептоида не позволяет ему пропускать ежегодные диспансеризации, поэтому их болезни вовремя выявляются и не бывают неожиданными (кроме инфаркта, который, как мы уже говорили, может часто угрожать эпилептоидам, т. к. они находятся в постоянном внутреннем напряжении из-за конфликта свойственной им агрессии и силы запрещающих правил).

Эрудиция. Эпилептоид может обладать тщательными, фундаментальными, даже энциклопедическими познаниями, но в его эрудиции обычно не хватает ни широты, ни глубины, ни творческого элемента.

Учеба. Эпилептоидов отличает целеустремленность в учении, в овладении накопленными человеческими знаниями. Это обычно отличники и в школе, и в институте, они выполняют все домашние задания вовремя, никогда не прогуливают уроков и не оставляют доучивание материала перед экзаменом на последнюю ночь. Однако это стремление к овладению знаниями у эпилептоида не сопровождается желанием продвинуть науку. Делают открытия и решают проблемы другие (например, шизоиды), а эпилептоиды решают прикладные задачи, продвигают чужие идеи и воплощают чужие разработки.

Работа. Эпилептоид чаще всего выбирает профессию, которая ему ближе по характеру, например, финансиста, офицера, юриста, а в процессе этой работы, связанной с поддержанием порядка, развиваются все больше и сами черты его характера. Особенно ценен может быть эпилептоид как финансист, так как финансовые дела требуют особого порядка, тщательности и строгого соблюдения законности — всех тех качеств, которыми обладает эпилептоид. К сожалению, те же качества, не найдя себе достойного конструктивного применения, могут превратить эпилептоида в бюрократа, т. к. ему свойственно подчиняться не духу, а букве закона и официальная «бумажка» для него заведомо важнее живого человека. Ну а в работе с деньгами такие люди никогда не допускают растрат и не идут на риск.

Эпилептоид не сделает быстрой головокружительной карьеры, он будет медленно, но верно продвигаться по служебной лестнице.

Оказавшись начальником, управляющим людьми, эпилептоид будет как всегда очень требовательным и придирчивым, как к себе, так и к другим. Он умеет принимать решения быстро, не затягивая и не оттягивая. Но если есть время, то он может обмозговать все подробно. Стиль руководства у него скорее авторитарный, однако и в этом он очень подвержен влиянию условностей, того, как принято. Если сейчас принято, чтобы начальник руководил демократично, то ему нетрудно перестроится в духе времени.

Общественная жизнь. Вспомним, что для эпилептоида очень важна борьба за справедливость. Исходя из этого можно понять, что он всегда старается принимать активное участие в общественной жизни и политической борьбе. Однако не будем забывать, что справедливость для него может оказаться оторванной от человечности. Поэтому роль его будет определяться тем, в какое движение он попадает, потому что, приняв какие-то установки, он теряет способность в дальнейшем критически к ним относиться, начинает слепо их насаждать. Поэтому, если эпилептоид примкнул к прогрессивному движению, то он может внести в него большой вклад и принести пользу людям, если только опять-таки не перегнет палку и здесь и не превратит самую хорошую идею в пародию на нее. О таких именно людях и говорят, что они «большие марксисты, чем Маркс». Попав же в несправедливое реакционное общественное движение, эпилептоиды тоже «свято веруют» в него и готовы любой ценой воплощать его идеи в жизнь. Именно таково большинство рядовых членов различных фашистских партий (вспомним склонность эпилептоидов к жестокости). В любом движении, в любой партии они никогда не предадут, останутся до конца верными. Такие во времена правления Сталина «колебались вместе с генеральной линией партии».

Религия. В религиозном отношении эпилептоиды могут выступать в основном как хранители традиций, как свято верующая во все религиозные догмы паства, но никогда не как пророки или основатели религиозных течений.

Юмор. Эпилептоид не юмористичен. Любое нарушение логики и порядка раздражает его, и те картины, которые вызывают у остальных смех, приносят эпилептоиду множество страданий, т. к. он чувствует себя бессильным прекратить это «безобразие». Такие же чувства, кстати, вызывают у него и сюжеты классических комедий и трагедий, построенные на различных обманах, умолчаниях и незнании — эпилептоиду доставляет слишком много страданий процесс наблюдения за тем, как кто-то чего-то просто не знает, а в результате происходит трагедия. Ему хочется срочно выскочить на сцену и все упорядочить, а поскольку это невозможно, то он предпочитает покинуть зрительный зал, не досмотрев картины или спектакля.

Хобби. Частым увлечением эпилептоида является коллекционирование.

Учитывая честолюбие эпилептоида, можно представить себе, что он всегда стремится к тому, чтобы его коллекция была полнее других и в ней были исключительно редкие экспонаты.

Общение. Как и во всех остальных областях жизни, эпилептоид любит порядок в человеческих отношениях. Поэтому он не склонен к случайным знакомствам, а предпочитает общаться с друзьями детства, дома, школьными товарищами, сослуживцами и т. д. В общении он довольно поверхностен, т. е. добросовестно выполняя все принятые в обществе ритуалы, не склонен идти на истинную неформальную человеческую близость, не раскрывается сам, не стремится поближе узнать другого, и если вдруг сталкивается с человеком, предлагающим ему теплое эмоциональное общение, то может даже и не понять, чего тот от него хочет.

Дружба. Однако, если эпилептоид считает кого-то своим другом (не важно, что он подразумевает под этим понятием), то он блюдет «святость дружбы»; выполняет все свои обязательства, которые, как ему представляется, накладывает на него дружба, и требует от друга того же. Любой отход друга к другим или в другую компанию воспринимает очень болезненно и считает предательством.

Любовь. В любви для эпилептоида тоже очень важно, чтобы все было «как положено», отношения развивались бы логично, никаких особо неожиданных любовных вспышек он не переживает, любовных безумств не совершает, не ждет их от партнера, а если и сталкивается с таким поведением, то не понимает и осуждает его. Супружескую любовь эпилептоид воспринимает как долг, поэтому такой человек не склонен уходить из семьи, а если вдруг он окажется брошенным, то переживает измену очень глубоко, но не как потерю любви, а как предательство и измену долгу.

Сексуальность. Поскольку это высоко энергетичный психотип, для него характерна и высокая сексуальность, высокое сексуальное желание. Но в связи со своей любовью к порядку и почтению к запретам он очень боится какого-то любого «недозволенного» разнообразия в сексе, все время ограничивает свои желания рамками консервативных норм, очень боится всяческих ханжеских «нельзя». Поэтому, с одной стороны, высокая, а с другой, загнанная в ханжеские рамки сексуальность дополнительно повышает его невротичность. В процессе сексуального контакта эпилептоиду свойственно механически осуществлять ряд действий, необходимых для получения им самим сексуального удовлетворения, не думая при этом о партнере и не пытаясь и не умея наладить с ним глубокий личностный контакт. В плане интимно-личностного общения для эпилептоида важна в сексе только возможность ощущать свою власть, чувство господства над другим человеком, его подчинение. Однако, если эпилептоид познакомится с сексологической литературой, которая убедит его, что для здоровья женщины» и для нормальной интимной жизни пары необходимо, чтобы и она получала сексуальное удовлетворение, а для этого необходимо предпринимать такие-то и такие-то действия, то он может в сексуальном контакте с женой постоянно удерживать эту программу и стараться (хотя опять же чисто механически) доставить и ей удовольствие. Правка, слово «удовольствие» здесь несколько неуместно — эпилептоид делает это не для удовольствия, а для здоровья или для порядка, а может быть из соображений честолюбия — чтобы сознавать себя «настоящим мужчиной».

Для женщины-эпилептоидки в сексуальных отношениях особенно важно соблюдение всех правил, учет всех мелочей. Она вообще не склонна расслабляться, позволять эмоциям захлестнуть свое сознание, она всегда остается несколько отстраненной, как бы наблюдает за происходящим со стороны, не включена в процесс общения. Тем более ей не удастся расслабиться, если не будет практически идеальных условий — полной обособленности (даже в своем собственном доме, со своим мужем она может ощущать неловкость перед родственниками), абсолютной чистоты, безукоризненного поведения партнера и т. д. Единственная эмоция, способная доставить ей (не физиологическое и психологическое) наслаждение,- сознание своей власти над мужчиной.

Родительство. У эпилептоида сочетается безукоризненное выполнение своего родительского долга с невниманием к личности ребенка. Ребенок эпилептоида всегда будет хорошо одет, тщательно ухожен, вовремя накормлен, с ним занимаются родители для развития его способностей, за его здоровье внимательно следят и т. д. Но делается все не для вот этого конкретного ребенка, а для соблюдения выбранной родителями воспитательной системы. При этом совершенно не учитываются личностные особенности ребенка, его собственные склонности и желания. Такие родители находятся в зависимости от выбранной ими воспитательной системы, в зависимости от выбранной ими самими для ребенка жизненной цели, могут силой направлять ребенка-истероида в русло занятий точными науками вместо столь близкого и желанного ему художественного творчества, или т. д. Однако положительным в эпилептоидах как в родителях, бесспорно, является их верность родительскому долгу и ответственность за судьбу ребенка.

(С) Егидес Аркадий Петрович, Сугробова Н. Ш. "Как научиться разбираться в людях"

Соционика и другие типологии

Соционика — наука или искусство?

Эпилептоид

ЭПИЛЕПТОИД

Внешность. Обычно это человек нормального, среднего телосложения. Он всегда аккуратно, даже подчеркнуто аккуратно одет, опрятен, на одежде обычно нет ни пятнышка, ни торчащей ниточки, ни даже чуть-чуть расшатавшейся пуговички. Одеты они не сверхмодно, но и не вызывающе старомодно. Обычно классический стиль или мода 5 (±2)-летней давности.

В связи со своей высокой энергичностью говорят эпилептоиды всегда четко и громко. Речь их хорошо организована и понятна. Это хорошие лекторы.

Дом. Любовь эпилептоида к порядку находит особо яркое выражение в состоянии его дома. Он свято поддерживает порядок в своих вещах, постоянно производит генеральные уборки, а в промежутках следит за тем, чтобы каждая вещь лежала на своем месте. Поддерживая подобные «сверхпорядок» и «сверхчистоту», эпилептоид требует того же и от своих домашних, постоянно преследуя их за любые нарушения — за вещь, положенную не на место, за черное пятнышко на дне кастрюли (если речь идет о женщине-хозяйке), за другие мелочи. Точно также, придя в какой-то другой дом — в гости или по делу, эпилептоид первым делом смотрит на чистоту и аккуратность этого дома, по этим признакам оценивая хозяев как людей «приличных» и «недостойных». Кроме того, он часто и вслух высказывает хозяевам свои замечания, а если это близкие родственники — то наверняка возьмется за наведение порядка в их доме.

Эпилептоид не любит переездов с квартиры на квартиру, т. к. они нарушают привычный порядок. Убранство квартиры его не сверхмодное, а «как у всех», главное для него — «чтобы было не хуже, чем у людей».

Вещи. Эпилептоид любит вещи, именно любит, как другие любят людей, тем более, что к людям-то как раз у него особого интереса нет, к людям он относится скорее как к вещам, а к вещам — как к людям: не вещи для людей, а люди для вещей. Он помнит, откуда у него каждая вещь, как оно ему досталась, как он ее покупал, принес, кто ее подарил. Причем, если это подарок, то он — не повод для воспоминаний о дарителе, а наоборот, человек — повод для того, чтобы вспомнить о подарке.

Занимаясь уборкой, эпилептоид может разговаривать вслух — беседовать со своими вещами, может быть, даже откровенничать с ними, потому что откровенничать с людьми ему не свойственно. Истероид тоже может во время уборки разговаривать с вещами, но мотивы его поведения совсем другие он «репетирует», представляет себе, что он не один, или что за ним случайно кто-то подсматривает, в вещах истероид видит (в таких разговорах) не сами вещи, а как бы людей, своих знакомых или еще не знакомых. Эпилептоид же обращается именно к вещам, которые он очень любит.

Деньги. Эпилептоиду свойственно копить деньги, экономить, записывать расходы, планировать все траты и покупки: содержать свои финансовые дела в таком порядке, как и все остальные. Эпилептоид почти никогда не берет денег в долг, но если он обратился с просьбой одолжить ему денег, то можно смело это сделать, т. к. он будет исключительно точен и скрупулезен, запишет свой долг и отдаст его точно в то время, когда обещал. Самим же обращаться к эпилептоиду затем, чтобы одолжить денег, нежелательно — его удивляют и раздражают подобные просьбы, такая просьба может стать поводом для длительного нравоучения на темы о пользе экономии, вреде долгов. Если же у вас окажется достаточно причин, которые заставят эпилептоида дать вам денег, то он также, как и когда сам брал в долг, запишет все в записной книжечке и строго в срок станет требовать возвращения долга, несмотря ни на какие ваши уговоры. Не очень ярко выраженная эпилептоидная экономность, тяга к накопительству, видна в характере известной героини Гоголя помещицы Коробочки. Если же это свойство доходит уже до уровня болезни, то оно превращается в скупость, стяжательство, иногда совершенно бессмысленное накопительство, как в случае с гоголевским Плюшкиным или еще более трагично — с пушкинским Скупым Рыцарем.

Здоровье. К своему здоровью эпилептоиды относятся совершенно так же, как и ко всему остальному — ответственно и организованно. Если они знакомятся с какой-нибудь оздоровительной системой, которая вызывает у них доверие, то они становятся ее активными приверженцами, систематически занимаются оздоровительным бегом, голоданием или другими процедурами. Эпилептоиды при этом стараются заставить заниматься по этой системе всех, кого они могут заставить (детей, супруга, домашних) и агитируют за нее всех, кого заставить не могут (сослуживцев, друзей и т. д.). Поэтому здоровье эпилептоидов чаще всего крепкое. Если, однако, они заболевают, то тщательно лечатся, соблюдая все предписания врача, тщательно дезинфицируя все предметы, которых касаются, чтобы не заразить домашних, и т. д. По крайней мере четкая организованность эпилептоида не позволяет ему пропускать ежегодные диспансеризации, поэтому их болезни вовремя выявляются и не бывают неожиданными (кроме инфаркта, который, как мы уже говорили, может часто угрожать эпилептоидам, т. к. они находятся в постоянном внутреннем напряжении из-за конфликта свойственной им агрессии и силы запрещающих правил).

Эрудиция. Эпилептоид может обладать тщательными, фундаментальными, даже энциклопедическими познаниями, но в его эрудиции обычно не хватает ни широты, ни глубины, ни творческого элемента.

Учеба. Эпилептоидов отличает целеустремленность в учении, в овладении накопленными человеческими знаниями. Это обычно отличники и в школе, и в институте, они выполняют все домашние задания вовремя, никогда не прогуливают уроков и не оставляют доучивание материала перед экзаменом на последнюю ночь. Однако это стремление к овладению знаниями у эпилептоида не сопровождается желанием продвинуть науку. Делают открытия и решают проблемы другие (например, шизоиды), а эпилептоиды решают прикладные задачи, продвигают чужие идеи и воплощают чужие разработки.

Работа. Эпилептоид чаще всего выбирает профессию, которая ему ближе по характеру, например, финансиста, офицера, юриста, а в процессе этой работы, связанной с поддержанием порядка, развиваются все больше и сами черты его характера. Особенно ценен может быть эпилептоид как финансист, так как финансовые дела требуют особого порядка, тщательности и строгого соблюдения законности — всех тех качеств, которыми обладает эпилептоид. К сожалению, те же качества, не найдя себе достойного конструктивного применения, могут превратить эпилептоида в бюрократа, т. к. ему свойственно подчиняться не духу, а букве закона и официальная «бумажка» для него заведомо важнее живого человека. Ну а в работе с деньгами такие люди никогда не допускают растрат и не идут на риск.

Эпилептоид не сделает быстрой головокружительной карьеры, он будет медленно, но верно продвигаться по служебной лестнице.

Оказавшись начальником, управляющим людьми, эпилептоид будет как всегда очень требовательным и придирчивым, как к себе, так и к другим. Он умеет принимать решения быстро, не затягивая и не оттягивая. Но если есть время, то он может обмозговать все подробно. Стиль руководства у него скорее авторитарный, однако и в этом он очень подвержен влиянию условностей, того, как принято. Если сейчас принято, чтобы начальник руководил демократично, то ему нетрудно перестроится в духе времени.

Общественная жизнь. Вспомним, что для эпилептоида очень важна борьба за справедливость. Исходя из этого можно понять, что он всегда старается принимать активное участие в общественной жизни и политической борьбе. Однако не будем забывать, что справедливость для него может оказаться оторванной от человечности. Поэтому роль его будет определяться тем, в какое движение он попадает, потому что, приняв какие-то установки, он теряет способность в дальнейшем критически к ним относиться, начинает слепо их насаждать. Поэтому, если эпилептоид примкнул к прогрессивному движению, то он может внести в него большой вклад и принести пользу людям, если только опять-таки не перегнет палку и здесь и не превратит самую хорошую идею в пародию на нее. О таких именно людях и говорят, что они «большие марксисты, чем Маркс». Попав же в несправедливое реакционное общественное движение, эпилептоиды тоже «свято веруют» в него и готовы любой ценой воплощать его идеи в жизнь. Именно таково большинство рядовых членов различных фашистских партий (вспомним склонность эпилептоидов к жестокости). В любом движении, в любой партии они никогда не предадут, останутся до конца верными. Такие во времена правления Сталина «колебались вместе с генеральной линией партии».

Религия. В религиозном отношении эпилептоиды могут выступать в основном как хранители традиций, как свято верующая во все религиозные догмы паства, но никогда не как пророки или основатели религиозных течений.

Юмор. Эпилептоид не юмористичен. Любое нарушение логики и порядка раздражает его, и те картины, которые вызывают у остальных смех, приносят эпилептоиду множество страданий, т. к. он чувствует себя бессильным прекратить это «безобразие». Такие же чувства, кстати, вызывают у него и сюжеты классических комедий и трагедий, построенные на различных обманах, умолчаниях и незнании — эпилептоиду доставляет слишком много страданий процесс наблюдения за тем, как кто-то чего-то просто не знает, а в результате происходит трагедия. Ему хочется срочно выскочить на сцену и все упорядочить, а поскольку это невозможно, то он предпочитает покинуть зрительный зал, не досмотрев картины или спектакля.

Хобби. Частым увлечением эпилептоида является коллекционирование.

Учитывая честолюбие эпилептоида, можно представить себе, что он всегда стремится к тому, чтобы его коллекция была полнее других и в ней были исключительно редкие экспонаты.

Общение. Как и во всех остальных областях жизни, эпилептоид любит порядок в человеческих отношениях. Поэтому он не склонен к случайным знакомствам, а предпочитает общаться с друзьями детства, дома, школьными товарищами, сослуживцами и т. д. В общении он довольно поверхностен, т. е. добросовестно выполняя все принятые в обществе ритуалы, не склонен идти на истинную неформальную человеческую близость, не раскрывается сам, не стремится поближе узнать другого, и если вдруг сталкивается с человеком, предлагающим ему теплое эмоциональное общение, то может даже и не понять, чего тот от него хочет.

Дружба. Однако, если эпилептоид считает кого-то своим другом (не важно, что он подразумевает под этим понятием), то он блюдет «святость дружбы»; выполняет все свои обязательства, которые, как ему представляется, накладывает на него дружба, и требует от друга того же. Любой отход друга к другим или в другую компанию воспринимает очень болезненно и считает предательством.

Любовь. В любви для эпилептоида тоже очень важно, чтобы все было «как положено», отношения развивались бы логично, никаких особо неожиданных любовных вспышек он не переживает, любовных безумств не совершает, не ждет их от партнера, а если и сталкивается с таким поведением, то не понимает и осуждает его. Супружескую любовь эпилептоид воспринимает как долг, поэтому такой человек не склонен уходить из семьи, а если вдруг он окажется брошенным, то переживает измену очень глубоко, но не как потерю любви, а как предательство и измену долгу.

Сексуальность. Поскольку это высоко энергетичный психотип, для него характерна и высокая сексуальность, высокое сексуальное желание. Но в связи со своей любовью к порядку и почтению к запретам он очень боится какого-то любого «недозволенного» разнообразия в сексе, все время ограничивает свои желания рамками консервативных норм, очень боится всяческих ханжеских «нельзя». Поэтому, с одной стороны, высокая, а с другой, загнанная в ханжеские рамки сексуальность дополнительно повышает его невротичность. В процессе сексуального контакта эпилептоиду свойственно механически осуществлять ряд действий, необходимых для получения им самим сексуального удовлетворения, не думая при этом о партнере и не пытаясь и не умея наладить с ним глубокий личностный контакт. В плане интимно-личностного общения для эпилептоида важна в сексе только возможность ощущать свою власть, чувство господства над другим человеком, его подчинение. Однако, если эпилептоид познакомится с сексологической литературой, которая убедит его, что для здоровья женщины» и для нормальной интимной жизни пары необходимо, чтобы и она получала сексуальное удовлетворение, а для этого необходимо предпринимать такие-то и такие-то действия, то он может в сексуальном контакте с женой постоянно удерживать эту программу и стараться (хотя опять же чисто механически) доставить и ей удовольствие. Правка, слово «удовольствие» здесь несколько неуместно — эпилептоид делает это не для удовольствия, а для здоровья или для порядка, а может быть из соображений честолюбия — чтобы сознавать себя «настоящим мужчиной».

Для женщины-эпилептоидки в сексуальных отношениях особенно важно соблюдение всех правил, учет всех мелочей. Она вообще не склонна расслабляться, позволять эмоциям захлестнуть свое сознание, она всегда остается несколько отстраненной, как бы наблюдает за происходящим со стороны, не включена в процесс общения. Тем более ей не удастся расслабиться, если не будет практически идеальных условий — полной обособленности (даже в своем собственном доме, со своим мужем она может ощущать неловкость перед родственниками), абсолютной чистоты, безукоризненного поведения партнера и т. д. Единственная эмоция, способная доставить ей (не физиологическое и психологическое) наслаждение,- сознание своей власти над мужчиной.

Родительство. У эпилептоида сочетается безукоризненное выполнение своего родительского долга с невниманием к личности ребенка. Ребенок эпилептоида всегда будет хорошо одет, тщательно ухожен, вовремя накормлен, с ним занимаются родители для развития его способностей, за его здоровье внимательно следят и т. д. Но делается все не для вот этого конкретного ребенка, а для соблюдения выбранной родителями воспитательной системы. При этом совершенно не учитываются личностные особенности ребенка, его собственные склонности и желания. Такие родители находятся в зависимости от выбранной ими воспитательной системы, в зависимости от выбранной ими самими для ребенка жизненной цели, могут силой направлять ребенка-истероида в русло занятий точными науками вместо столь близкого и желанного ему художественного творчества, или т. д. Однако положительным в эпилептоидах как в родителях, бесспорно, является их верность родительскому долгу и ответственность за судьбу ребенка.

(С) Егидес Аркадий Петрович, Сугробова Н. Ш. «Как научиться разбираться в людях»

Эпилептоид («Драчун»)

Здравствуйте, друзья. Продолжаем говорить о домашних тиранах. На очереди эпилептоид («драчун») – полновесный тиран и диктатор, по сравнению с ним остальные тираны безобидны, как малые дети. Он требует безоговорочного подчинения и жестоко пресекающий попытки к сопротивлению.

Безусловно, людей без недостатков не бывает, но у эпилептоида невозможно найти ни одной положительной черты. Он весь соткан из недостатков, поскольку, с точки зрения психиатрии, нарушения есть во всех сферах – интеллектуальной, эмоциональной, волевой.

Если сравнить всех самых трудных по характеру людей, которые имеют аномалии личности и способные причинить вред своей семье, эпилептоид займет первое место.

Характерные признаки эпилептоида

Эпилептоиду свойственны многие негативные черты – мстительность, злопамятность, злобность, склонность к агрессивной реакции на незначительные раздражители.

Он претендует на роль властителя, диктует окружающим, что они должны делать, требует безоговорочного подчинения своей воле. Если он не может проявить свои замашки диктатора, он считает, что его интересы ущемлены и реагирует со злобой и агрессией. Он внушает окружающим страх своей жестокостью, беспощадностью и безудержной яростью.

Эпилептоид с помощью насилия добивается беспрекословного подчинения всех членов семьи. Если встречает неповиновение, впадает в ярость – лицо краснеет, глаза наливаются кровью, изъясняется обычно нецензурно, может отшвырнуть или избить жену или ребенка, перебить посуду, сломать мебель. Он – властелин, и горе тому, кто посмеет ослушаться.

Эпилептоид периодически, ни с того, ни с сего, становится мрачным, хмурым и озлобленным. Это – его характерная черта. Периоды злобно-тоскливого, угрюмого или злобно-раздражительного настроения, во время которых накипает раздражение, и он ищет, на ком можно сорвать накопившееся зло.

Гнев эпилептоида сначала бурлит внутри, постепенно закипая, подобно паровому котлу, а когда давление достигает высшей точки – вырывается наружу. Его злоба не имеет отношения к поведению окружающих. Мало того, чем терпеливее и доброжелательнее они себя ведут, тем больше озлобляется эпилептоид. Он ищет повод, чтобы разрядиться, и обязательно найдет, к чему придраться.

Расстройство настроения (дисфория) у эпилептоида может продолжаться от нескольких часов до нескольких дней. Оно может проявляться злобой, апатией, бездельем, угрюмостью и хмурым видом. Сам тиран не может ни предотвратить приступ дисфории, ни противостоять ему (на него «что-то находит»).

Находясь в состоянии дисфории, эпилептоид может выбрать для разрядки своей злобы любого, кто будет находиться рядом. Это могут быть члены семьи, друг, случайный прохожий, коллега. Приступ может произойти на работе, дома, в общественном месте, поэтому все окружающие эпилептоида люди могут стать объектом нападения.

Этот тиран обожает драться, ведь именно в процессе драки можно выплеснуть всю злобу и отрицательные эмоции. Ему безразлично, драться со слабым или сильным противником. Эпилептоид бьет каждого, кто подвернется под руку, не обращая внимания, мужчина это, женщина или ребенок. Он может даже спровоцировать драку, оскорбляя и унижая окружающих, придираясь к ним по пустякам, и находит повод разрядиться, получая в ответ грубость.

В драке эпилептоид проявляет неукротимую ярость, он жесток и беспощаден, бьет до крови и звереет, если встречает сопротивление. Он стремиться ударить в лицо, в пах, испытывая при этом садистское удовольствие. С одинаковой жестокостью эпилептоид избивает и беззащитного соперника, не способного оказать сопротивление, и более сильного физически. Он бьет упавшую, уже не сопротивляющуюся жертву ногами или любым попавшимся под руку тяжелым предметом. Во время драки происходит продолжительная и бурная эмоциональная разрядка, и он долго не может успокоиться.

Эпилептоида невозможно остановить, даже оттащить его от жертвы бывает трудно нескольким сильным мужчинам – «Драчун» может ударить любого, кто попытается помешать избиению, нецензурно бранит и защитника, и жертву. Он может нанести тяжелые травмы и даже убить неповинного человека, а впоследствии не может объяснить причины своего поступка (как правило, немотивированные и жестокие убийства совершают именно эпилептоиды).

Бурные вспышки гнева могут возникнуть и в результате конфликтов, которые часто возникают из-за особенностей характера эпилептоида. Поводом могут быть пустяковая обида, замечание или насмешка. Он безжалостно избивает жену и детей из-за малейшей провинности, или из-за того, что просто не в духе. При этом он считает себя правым, мотивируя насилие тем, что его довели, и никогда не признает своей неправоты (он – царь и Бог).

Так ведут себя люди ущербные, крайне ограниченные и примитивные, о которых говорят: «сила есть, ума не надо». Ведь чем хуже у человека с интеллектом, тем больше агрессии. Классический рэкетир, любитель использовать утюг, паяльник или кулаки в качестве доказательства своей правоты – это, скорее всего, эпилептоид. Это существо с кулаками, но без мозгов. Он может только врезать, больше ничего.

Эпилептоид злопамятен и мстителен, не способен забывать обиды. Его невозможно умаслить, развеселить, отвлечь. Он может злиться по нескольку дней, потому что все психические процессы замедленны, ему трудно переключить внимание на что-то другое.

Тиран может подолгу вынашивать план мести за любую, даже самую пустяковую обиду, на которую психически здоровый человек не обратил бы внимания. Как только представится удобный момент, он обязательно жестоко отомстит, не думая о последствиях.

Эпилептоид с ревностью относится к предмету любви. Повод может быть пустяковым. Ревность сопровождается бурной реакцией, угрозами в адрес соперника (обычно, несуществующего). Он может даже избить даму сердца при малейшем подозрении в неверности. Измен он не прощает.

Эпилептоид бурно реагирует на любые действия, ущемляющие его самолюбие, а измена, уход к другому мужчине и развод – это как раз те случаи, когда задето самолюбие и затронуты чувства собственника. Мстит он жестоко, вплоть до причинения тяжких телесных повреждений и убийства.

Эпилептоид начинает употреблять спиртные напитки уже в подростковом возрасте, отдавая предпочтение водке ради более сильного опьянения. Пьет до бессознательного состояния, благодушное состояние пьяного ему не знакомо. В пьяном состоянии совершенно неуправляемый, любое слово, сказанное женой или собутыльником, может быть истолковано им по-своему и вызвать приступ ярости.

В состоянии опьянения эпилептоид часто дерется, причем впоследствии, обычно не помнит, что вызвало приступ гнева, но никогда не признает свою неправоту, а обвиняет во всем окружающих. Иногда он может совершать необъяснимые поступки, о которых впоследствии забывает. Например, он может уехать в неизвестном направлении, залезть на подъемный кран или на крышу дома, а протрезвев, не может понять, зачем это сделал. В данном случае речь идет о состоянии нарушенного сознания.

Возможны попытки самоубийства (в состоянии дисфории у взрослых и в качестве акта мести у подростков).

Эпилептоид может заискивать перед людьми, от которых зависит, производить хорошее впечатление с целью получения власти или привилегий. Но, получив власть, он становится диктатором, от которого стонут подчиненные, и своим поведением провоцирует конфликты в коллективе.

Эпилептоид постоянно готов к агрессии, нередко совершает преступления, связанные с насилием, имеет много судимостей, в основном, за одни и те же правонарушения.

В местах лишения свободы эпилептоид чувствует себя прекрасно – его все боятся, он может немедленно расправиться с неугодными. Угождает начальству и получает определенную власть и привилегии.

Как ужиться с эпилептоидом?

Единственный совет – держитесь от него подальше. Эпилептоиду поможет только психиатр. Но по своей воле он к врачу не обратится, поскольку не критичен к себе, не признает негативных черт своего характера и, даже если терзает жену беспочвенной ревностью, избивает и тиранит всю семью, он уверен, что близкие сами во всем виноваты.

Если же он обращается к психиатру, находится под наблюдением, принимает поддерживающее лечение, то припадки ярости прекращаются.

В психиатрическую больницу эпилептоид обычно попадает, совершив домашнее насилие, или на судебно-медицинскую экспертизу после совершенного преступления.

Эпилептоид – жестокий тиран. Он обрекает на страдания жену и детей, не беспокоясь о том, что они при этом чувствуют. Из-за пьянства, неуправляемого поведения и криминальных действий эпилептоид теряет семью и работу, попадает в места лишения свободы и быстро падает на самое дно.

Если вам случилось быть супругой эпилептоида (а такого спутника жизни и врагу не пожелаешь), пока не поздно, спасайтесь бегством! Если ваш жених обладает описанными чертами характера, ни в коем случае не связывайте с ним судьбу, иначе вы наверняка станете жертвой тирании супруга, а ваши дети – пациентами психиатра.

Эпилептоид и отношения

Обычно человек данного психотипа берет на себя контроль и пытается управлять своим партнером. Например, эпилептоидная девушка может контролировать своего парня и быть лидером в отношениях, если таких качеств не проявит сам парень. Но если партнер эпилептоида сильнее, может взять на себя лидерство и ответственность за двоих, то она доверяется такому партнеру и отпускает контроль в его руки. Также бывает, что девушке-эпилептоиду не нравятся «слабые» парни и она ищет истинного «альфа-самца». Например, из-за рамок социума, типа “парень должен быть лидером в отношениях” (а эпилептоид действует как большинство людей).

Большое количество информации и хаотические потоки данных раздражают эпилептоида по причине его слабой и неподвижной нервной системы. Так, гипертимный или истероидный партнер будут испытанием для выдержки исполнительного типа. Если эпилептоид вовремя не снимет с себя напряжение, то произойдет «взрыв» (вспышка агрессии), которая может закончится конфликтом, особенно с истероидным партнером (который любит поскандалить). Переубедить эпилептоида в чем-то трудно, поэтому поводу могут часто быть конфликты. Он сам навязывает свое мнение и приучает людей к своему порядку. Крепкие отношения у него только тогда, когда оба партнера имеют одинаковые взгляды. В другом случае конфликтов не избежать.

Исполнительный тип уверен в своих действиях и принимает решения не размышляя. Если эпилептоидный парень увидел, что обижают его девушку – он сразу же примет жесткие меры урегулирования конфликта. Исполнительный психотип – лучший «защитник», именно к нему подходит пословица, которая относится и к отношениям: «мой дом – моя крепость».

Но сам эпилептоид может обидеть свою вторую половинку. Например, жена раздражает его, загруженного после работы, рассказами о подружках и другими вещами, которыми он не хочет забивать себе мозг. Здесь произойдет вспышка агрессии, которая может перерасти в причинение физического вреда. Просто такой муж может себя не сдержать. Но это еще зависит от социального психотипа эпилептоидного мужа. Если у него мораль: «девушек обижать нельзя», то он сделает все возможное, чтобы самому погасить конфликт.

Исполнительный психотип живет по «кодексу» и то как он будет вести себя в браке/отношениях зависит от этого списка установленных правил. Поэтому если вы планируете отношения с эпилептоидом – узнайте сначала подходят ли вам его жизненные принципы, так как их будет очень сложно изменить. Но если привести достаточно лаконичные аргументы, цитировать авторитетные мысли и опираться на точку зрения большинства, то убедить его в чем-то можно.

С первых дней знакомства человеку не доверяет, поэтому чтобы заслужить его доверия в отношениях – нужно хорошо постараться. Женщина практически никогда не изменяет, это самая надежная жена и всегда помощник своему мужу. Мужчина если изменяет, то из семьи не уходит. С любовницей у него долговременные и стабильные отношения. Любовницу заводит по любви, а не просто так, и помогает ей, как может. Конечно меньше чем жене, но все-таки проявляет заботу.

Секс для него – один из способов разрядки и сексуальные отношения ограничены социальными рамками. Если что-то запрещено обществом, то вытесняет из своей психики такие желания, а если сделает, то будет себя за это осуждать и никому не признается о содеянном.

Не романтичен. Если парень делает девушке подарок, то это будет что-то типа букета цветов и шоколада, никаких вечеров на крыше с запуском китайских фонариков. Поступает как все, как заведено в обществе. Истероидное желание выделиться, попробовав что-то новое или гипертимное «сделаю ради интереса» отсутствует. В этом плане они немного скучные и не эмоциональные. Дождаться красноречивых, эмоционально описывающих свою любовь слов от чистого эпилептоида практически невозможно. Объятия после работы и создание домашнего уюта, где бы можно было бы расслабиться после рабочего дня он оценит куда больше, чем дорогой подарок. Эпилептоид злопамятен и долго помнит разные неприятные моменты. Но добро, сделанное для него так же запоминает и возвращает его.

И как итог, несколько причин, почему отношения с эпилептоидом могут быть очень хорошими: — Эпилептоид всегда держит свое слово, на него можно положиться. — За плечом эпилептоида можно чувствовать себя в безопасности. Это человек, который любит стабильность и будет сохранять ее в доме и отношениях. — Часто он домовит и умеет починить многое своими руками, поэтому в доме будет всё исправно и добротно. — Если удовлетворять его физические потребности вовремя, то пока он доволен и расслаблен по многим вопросам можно договориться о компромисе.

Узнать больше об оперативной психодиагностике, существующих психотипах, а также о том, как определять психотип человека, лучше понимать людей и выстраивать эффективную линию общения, вы сможете из материалов раздела «Охотники за поведением».

Следите за нашими новостями и специальными предложениями в нашем Телеграм-канале.

Женщина–эпилептоидв семье

Женский эпилептоидный характер поражает своей мрачностью. Леди Макбет, Бернарда Алба, Кабаниха — лишь великие драматурги способны описать бездны, таящиеся в их душах, их, казалось бы, неженскую жестокость и вероломство.

Этим женщинам несвойственно сострадание и хотя бы какое–то сочувствие. Нанося удар, они всегда добивают жертву.

Женщины–эпилептоиды устраивают беспричинные и безобразные скандалы, избивают детей, царапают лицо мужа, бьют его. После этого они несколько успокаиваются, изображают подобие раскаяния и говорят о своей любви.

Однако скоро их внутреннее напряжение и гнев опять поднимаются до критической точки, происходит очередной взрыв — и все повторяется по новому кругу.

Такой характер раскрывается в полной мере, если рядом оказывается мягкий, покладистый муж, который не в состоянии дать отпор бесконечным нападкам своей жены.

Невестка–эпилептоид возбуждает уголовное дело против свекрови, обвинив ее в сексуальном надругательстве над 8–летним внуком, которого бабушка воспитывала с пеленок. Во время следствия свекровь сажают в тюрьму, где она находится до суда в течении трех месяцев. Сын, находящийся под полным контролем своей властной жены, не вступается за мать и безмолвствует, когда невестка настраивает ребенка дать показания против бабушки. Суд, обнаружив ложность показаний, оправдывает женщину, полностью раздавленную ситуацией.

Людей других характеров поражает необычайная мстительность, казалось бы, чуждая женской натуре, когда женщина–эпилептоид никого не щадит, не жалеет и, осуществляя акт мести, наносит удар по самым близким людям.

Сын в 17 лет уходит из дома, не выдержав деспотизма своей матери. Отношения восстанавливаются через 10 лет, когда сын находит престижную работу. После долгих неудач он наконец создает свою семью, в которой он счастлив. Однако вскоре его жена заболевает редкой формой рака. После похорон мать говорит сыну: «Никогда не прощу тебе той обиды, которую ты нанес мне, уйдя из дому. Тебя пощажу, но тех, кто будет с тобой рядом, не пощажу».

Конфликтность женщины–эпилептоида, ее бесконечные нападки и беспричинные скандалы расшатывают здоровье ее партнера. В случае его болезни жена–эпилептоид не хочет ухаживать за своим ослабевшим мужем и часто старается поскорее избавиться от него.

Мягкий, астеничный мужчина всю жизнь находился под пятой своей властной жены, изводившей его скандалами. В 50 лет после инфаркта он попадает в госпиталь. Жена приносит ему какие–то таблетки, заставляет их выпить, после чего он умирает.

Совместимость в браке

Эпилептоид — эпилептоид. Эта семейка чем–то напоминает двух пауков в банке. Постоянная борьба за власть, попытки превзойти друг друга по части интриг и манипуляции, бесконечные скандалы из–за ерунды и даже драки…

Достижение равновесия возможно, если один из супругов все–таки смирится с превосходством другого.

Однако оно нестабильно, потому что оба партнера легко сердятся, теряют контроль над собой, а также проходят через циклические изменения гневливости (см.«Циклы жестокости»).

Цементом отношений является мощная, изощренная сексуальность, недружелюбное отношение к другим людям, любовь к деньгам и их накоплению. Ну и парочка! Лучше держаться от них подальше.

Эпилептоид — циклотимик. У этих двух типов людей слишком много различий, например, их отношение к человеческой личности: циклотимик ориентирован на поддержку, в то время как эпилептоид хочет унизить.

Циклотимик любит людей, любит гостей, его дом всегда открыт; эпилептоид даже не пустит людей в квартиру, потому что насорят, наследят, разрушат его строго регламентированный порядок в доме, да и на каждого гостя придется потратить хотя бы рубль.

Циклотимик щедр и не дорожит деньгами, а эпилептоид удавится за копейку, он жаден и скуп, и накопление денег доставляет ему огромное удовлетворение.

Циклотимик болтлив, открыт и откровенен, он не может хранить захватывающую информацию; эпилептоид скрыт, немногословен, недоверчив, склонен к мизантропии.

Даже едят эти два типа по–разному. Циклотимик склонен к социализации пищевой потребности. Веселое застолье, хорошая кухня, общество друзей и смех хорошеньких женщин являются одним из высших наслаждений для циклотимика. А эпилептоид любит есть один, ничем не нарушая торжественный процесс насыщения своей особы белками, жирами и углеводами.

Эпилептоид и циклотимик столь различны в своих системах ценностей, жизненной философии и привычках, что даже трудно представить возможность союза между ними. Однако широкая граница принятия человеческих странностей, интерес к самым различным типам поведения могут пробудить интерес циклотимика и к этому типу людей. Мощная сексуальная энергетика и сексуальная изощренность эпилептоида способны толкнуть циклотимика на союз с ним.

Однако он не будет продолжительным, так как свободолюбивому циклотимику всегда будет тяжело ярмо ограничений, контроля и подавления, которое наложит на него эпилептоид. Но клетка захлопнулась, и не так–то легко теперь из нее вырваться, особенно если у циклотимика водятся деньги или есть социальная значимость.

И пускается в ход талант манипуляции, и идет карнавал с переодеваниями, сменой масок, интригой, имеющей лишь одну цель — сохранить власть над беспечным и, может быть, ничего еще не подозревающим циклотимиком. Ради этого можно и забеременеть, и поставить в безвыходную экономическую ситуацию, и стать другом его мамочки — хороши все средства, и сила в том, что эпилептоида не удерживают никакие соображения морального порядка.

Эпилептоид всегда заинтересован в использовании дефицитов и слабых сторон партнера. Поэтому он искусно обыгрывает спады настроения у циклотимика, стараясь внушить партнеру мысли о его психической неполноценности и необходимости союза с эпилептоидом.

Теперь циклотимику будет не так легко вырваться из этой паутины, И как ящерица жертвует хвостом, для того чтобы вырваться из рук преследователя, так и циклотимик теперь уже готов бросить все — деньги, дом, общественное положение, — лишь бы вновь обрести так неосмотрительно потерянную свободу.

Эпилептоид — шизоид (глава 3)

Эпилептоид -— астеник (глава 4)

Эпилептоид — истероид (глава 5)

Эпилептоид в супружестве

В психологическом портрете эпилептоида (дальше будем иметьв виду и эпилептоидку) бросается в глаза любовь к порядку. Эпилептоид любит, чтобы стулья стояли ровно, в линию, чтобы ключи были пронумерованы и висели на специальной витринке на своих местах,

чтобы все нужные инструменты были под рукой. Он заставляет и окружающих его людей наводить такой в общемто целесообразный порядок в вещах. Если у когото в доме стулья стоят неровно, это его очень тревожит. А если нет на своем месте ключа, это уж просто выводит его из себя. Если гдето непорядок, для эпилептоида это криминал, и в нем нарастает глухое раздражение. А потом ворчание, а потом крик. Он любит ругать за беспорядок. В семье это вызывает напряженность и конфликты. Вот жена не до блеска вычистила газовую, плиту. А придут гости. «Грязнуля, — ворчит он. — Ну что с тебя взять, вся в свою маму. Но какой пример подаешь дочери. » . .

С шизоидной или гипертимной женой у эпилептоида на почве беспорядка — постоянные распри, так как у них в крови «любовь» к беспорядку. У истероидки обычно середина комнаты выметена, но под диванами пыль клоками, так что склока обеспечена: он отодвинет диван и продемонстрирует ей, а то и ее родственникам, что творится под диваном. Но если жена эпилептоида — сама эпилептоидка — и если за порядок в доме отвечает она, то проблем здесь не будет. Ведь она тоже любит, чтобы ключи были все на своих местах.

Эпилептоид любит, чтобы был порядок и в отношениях людей. Он сам скорее всего женат и не терпит, когда другие занимаются любовью просто так. Это его термин — «беспорядочные половые связи». А беспорядочные — это уже и непорядочные. Эпилептоид — морализатор. Надо, чтобы не опаздывали на пятиминутки и не кашляли, когда выступает начальник. Но и в доме — то же. Жена пришла не вовремя с работы, слишком много болтает по телефону. Под моральным обстрелом окажутся скорее истероидки и гипертимные. А с эпилептоидкой — опять же более или менее ничего. Шизоидные жены тоже формальную табель о рангах блюдут, тоже меньше конфликтов.

Он любит наводить справедливость. Ведь справедливость — нравственный порядок. К тому же это хороший повод выплеснуть агрессию. Он прямолинеен, ему трудно даются нюансы, компромиссы. Поэтому противоречия в семье часто перерастают в бурные конфликты, ему не всегда удается сдержаться.

Мышление эпилептоида конкретное, ситуативное, четкое, ясное и прагматичное. Его мало интересует разница между агностицизмом Юма и агностицизмом Канта. Его больше интересует, куда девались шахтерские деньги и кто в этом виноват. Принимая безоговорочно чьито программы, он становится закрыт к мыслям со стороны. Он последний сдает идеологические бастионы. Такая социальная сверхактивность и такая закрытость могут нравиться женеэпилептоидке. Но вызывают напряженность с женами, относящимися к другим психотипам. Им менее важны идеологические бастионы, им более близки бытовые проблемы.

Современному эпилептоиду чужда чертовщина. Он не верит экстрасенсам. Он требует доказательств. А истероидка, наоборот, — сама гадалка и ходит к гадалкам. Его это раздражает, он резко высказывается, и это создает конфликтный фон.

Эпилептоид категоричен даже в абстрактных суждениях, а уж тем более в суждениях, касающихся оценок тех или иных личностей. Что он усвоил со школьной скамьи, то для него непреложная истина, и кто ее не понимает, тот должен понять. Похожепохоже здесь на паранойяльного. В особенности это так, когда мнение эпилептоида «подтверждается» в книгах, и тем более оно некритично, чем более эти книги фундаментальны. Он назидателен, поучает. Родительская позиция у него сквозит по отношению ко всем, даже к старшим, тем более к младшим. Особенно по отношению к жене, к своим детям, пусть и повзрослевшим. Это все мало кому нравится, это тяжело.

Эпилептоиды малоэмпатичны, плохо чувствуют человека, малочувствительны к чужому горю. Если ребенок у эпилептоида поранил пальчик — ничего, пусть привыкает к ранам, на войне еще не то будет.

Герой наш категоричен в высказываниях. Авторитарен. Строго, сухо делает замечания. Средство влияния — обычно ультиматумы. Он все прояснит, спросит мнение, сформулирует противоречие и, сочтя свое требование справедливым, поставит условие. Эпилептоид властолюбив, любит давать распоряжения, любит, чтобы его слушали и слушались. Властвует упорядочение, в соответствии с табелью о рангах, не превышая своих полномочий и не давая другим превышать их по отношению к себе и к людям. Но если ему «доверили», то он обставляет свою власть со свойственной ему основательностью. В кабинет входить с докладом, секретари, нравоучения, наказания. Дома — тоже табель о рангах. Ну скажите на милость: дома — и табель о рангах.

По множеству поводов — отрицательные оценки. Себя по той же линии эпилептоиды оценивают положительно и критику в свой адрес переносят с трудом. Это бессознательные механизмы самоутверждения. Положительные оценки в адрес окружающих скудные и вынужденные. Отрицательные оценки продолжаются в обвинения, а обвинения — в наказания. Наказывают сами и требуют от властей наказать провинившегося. Чаще в духе Ветхого Завета: кровь за кровь, смерть за смерть, око за око, зуб за зуб. Но бывает, что и перегибают палку.

Условия, ультиматумы, проявления властолюбия, табель о рангах даже дома, отрицательные оценки, обвинения — все это никому не нравится и порождает конфликты практически с любой женой.

Эпилептоид не дает проявить инициативу. Недоверчив, придирчив. Чрезмерно требователен, пусть и оправданно. Он соразмеряет свои тре* бования с возможностями человека, с нравственной и юридической обоснованностью и с требовательностью к себе. В то же время, если

требования людей к нему необоснованны, он стойко сопротивляется. Он умеет отказать. Отказ при этом имеет часто жесткий, а иногда грубый оттенок.

На конфликтные посылы эпилептоид реагирует чаще всего холодной напряженностью, он не врубается сразу в неуправляемый конфликт. Ну конечно, побледнеет в гневе. Но в основном это непроницаемость, он умеет скрыть свои чувства, до поры выражает неудовольствие без слов, напряженным выражением лица. Но, сорвавшись, нагромождает эпитеты: развратница, хищница. Угрожает возмездием. Стучит по столу. Гнев его сокрушителен и страшен. Потом он себя корит. Но не очень: ведь он не сдержался в ответ на дурной поступок.

Юмор, как и у паранойяльных, заимствованный, но эпилептоид всетаки менее, чем паранойяльный, склонен высмеивать. В свой же адрес юмор эпилептоиды воспринимают болезненно, иногда всерьез злятся. Истероидка и гипертимка любят подтрунить, а шизоидка — так та и очень едко высмеять. Учтем, что юмор — это самое страшное для эпилептоидного самолюбия. А эпилептоид в меру злопамятный и мстительный человек.

В нашей теме важно, что эпилептоид принципиально за семью, он — МУЖ и ОТЕЦ. Он дуб для рябинки. Он опора, причем надежная и ответственная.

Женаэпилептоидка практически никогда не изменяет. Это самый надежный человек из женщин. И она всегда помощник мужу, вне зависимости от его психотипа. При всех минусах эпилептоидной жены (прическа с заколкаминевидимками, старомодность, неизящность) для любого мужа это громадный плюс.

Мужэпилептоид может изменять, но не уходит. Он очень сексуален и сластолюбив. При этом он всетаки всегда приходит ночевать домой. А если не приходит, то обеспечивает стопроцентное алиби (чтобы жена не волновалась). Если эпилептоид изменяет, то по любви, и он верен этой своей «измене», то есть он не меняет любовниц, а фиксируется на одной, ухаживает за ней, охаживает ее. С любовницами у него отношения тоже стабильные. Она знает, четверг — это ее день. Но она знает, что воскресенье — это (святое) день семейный. И она тоже обеспечена им в достаточной мере. Если же, несмотря на свои измены, эпилептоид узнает, что жена изменила, то для него это трагедия. Вот так вот, сам изменяет, но трагедия. Это объясняется двойной половой моралью. Один мой друг жалуется мне:

— Светка мне рога наставила. Нет, ты представляешь? Мне — и рога Ну не смешно ли?

— Старик, ну а ты ведь изменял ей, я же знаю.

«— Ну ты ж понимаешь, все мы мужики, что я, не мужик, что ли? — Ну конечно, старик, понимаю. — Ну так вот, слушай, какая гадина, а?

Но если уж он сам верен, тогда — убийство (Хозе). Или и убийство, и самоубийство одновременно (Отелло). Эпилептоид трудно переживает не только крах идеологии, в которую верил, но и крах отношений. Это ведь тоже своего рода крах идеологии: он верит в брак, в семью как в общественные институты. Он вложился в эти отношения, он построил их, построил дом.

Это семья вообще. А как эпилептоид в семье с представителями разных психотипов?

Отношения между паранойяльным мужем и эпилептоидной женой мы обсуждали. Ну а эпилептоидный муж и паранойяльная жена — этот вариант возможен? Теоретически — да. Но уж очень редкий это вариант: Так что теперь о паре ЭПИЛЕПТОИД С ЭПИЛЕПТОИДКОЙ. Они совместимы. Эпилептоиды уживаются друг с другом. Вне семьи — если они приняли идею одного паранойяльного. Они оба поклоняются одному идолу или идеалу . Тогда или оба товарищи на одном уровне, или один подчиняется, как велит вождь. Эпилептоиды — типичные «партайгеноссе». Они верны партии, своему долгу. А в семье, в паре мужжена? По сути, то же самое. Для них важно, что порядок диктуется некоторой идеологией. Эпилептоидная жена с эпилептоидным мужем обойдутся без распрей. Будут вместе работать, копить деньги на улучшение дома, быта, на юг, на заграницу. Везде побывают. В строгости воспитывают детей.

Но с кем эпилептоидымужчины чаще сочетаются браком? Опять же, как и паранойяльные, они предпочитают истероидок. К тому же истероидок среди женщин процентов пятьдесят, а эпилептоидов среди мужчин (я говорил) тоже процентов пятьдесят. Так что даже при предпочтении других психотипов может достаться истероидка.

Альянс «эпилептоид плюс истероидка» насыщен специфическими трудностями. Мужчинаэпилептоид занятзагружен физическипсихически, устает, ему не до ухаживаний за своей женой (и за неженой часто тоже некогда ухаживать). А ей нужны ухаживания, аксессуары любви (цветы, подарки, мелкие знаки внимания, частые звонки с работы).

Гораздо легче обстоят дела с сензитивной женой, пухленькой и робкой служанкой. Но истероидка его устраивает больше по другим мо

ментам. Эпилептоид ценит общество и общественное одобрение. А значит, важно., какая у него жена. Истероидка — вывеска семьи. А сензитивная женщина боится общества. Вот они и женятся на истероидках и страдают изза их измен. Или просто конфликты. Цветы, которые ей нужны, — дорого, и их надо покупать, а он прижимист, и ему некогда. Нужны гости и театры (а ему неинтересно, если это не деловое общество, и некогда). А в отместку — капризы, слезы, истерики, измены. Замучишься. Но он предпочитает мучиться и держится за нее. Особенно если есть ребенок, а он если зависимый и любящий отец. Крайне редко мужэпилептоид не выдерживает и сам подает на развод. Но чаще в разводах бывает так: она уходит, а он борется за брак. Интересно то, что в любом из этих случаев он снова выберет скорее всего истероидку, и все повторится.

В браке эпилептоида и истероидки конфликт типичен: прижимистость эпилептоида и расточительность истероидки, которая и в самом деле тратит деньги неосмотрительно. И с женой, истероидкой или гипертимкой, на эту тему — постоянные конфликты. И та и другая — расточительницы. Все истероидки считают эпилептоидных мужей скаредными, жадными, скрягами, стараются быстро вложить деньги в покупки, а там будь что будет, а эпилептоиды разражаются гекзаметрами о безответственности подобных трат.

У эпилептоида всегда имеются «подкожные» заначки. Причем, становясь старше, он получает все больше не учитываемых женою денег. Ведь, помимо работы, у него есть постоянные приработки. Это обнаруживается, так что и здесь — конфликты.

Став пожилыми, эпилептоиды носят костюмы своей молодости. Они привыкают к моде, как привыкают к форме. Новую вещь эпилептоид покупает наподобие старой. Поэтому они отстают от моды. Склонность эпилептоида к ретромоде объясняется не только привычкой к вещам и бережливостью. Они в принципе против финтифлюшества, нерациональной траты денег на моду, они осуждают ее за легкомыслие. Это обусловливает конфликты с истеродкой, которая не потерпит рядом с собой мужа, одетого в «ретро».

5% женщин — эпилептоидки; 5% мужчин — истероиды. Такое сочетание возможно. Но отношения в этом соотношении в основном такие же, как и в паре эпилептоид — истероидка (с поправкой на пол).

ПРИЧЕСКА у эпилептоидок — без кокетства, всегда одинаковая, в духе легкого ретро, если постарше — прическа молодости (сейчас это бытует в провинции: хала). Женщины в пожилом возрасте могут волосы и покрасить в тот цвет, который у них был в молодости, но брюнетка не перекрашивается в блондинку, и блондинка не перекрашивается в брюнетку. Волосы расчесаны на прямой или косой пробор — или короткая стрижка с зачесом назад, заколканевидимка, чтобы не мешали, часто открыт лоб. Волосы короткие или средней длины, чтобы быстрее можно было привести себя в порядок и чтобы шампуня меньше уходило. Эдакая Калугина из первой части «Служебного романа». Одежда эпилептоидки: строгий однотонный костюм — пиджак и юбка, сейчас даже и брючный костюм, но строгий, а не кокетливый, закрытое однотонное без финтифлюшек платье. Эпилептоидки постоянны в одежде, привыкают к вещам. Они не выбросят вещь, если она еще не сносилась, а только вышла из моды, донашивают вещь до ее реального, а не морального износа. Мрачноватое зрелище. У мужей это вызывает эстетическое отторжение, измены и напряженность в семье.

Эпилептоид и шизоидка. Тут свои особенности. Шизоидка неаккуратна. Не блюдет в доме чистоту. Нарушает порядок. А эпилептоида это бесит. Мрачно, молча он сам подметает и моет пол, но потом взрывается.

В сексе эпилептоид противоречив. С одной стороны, сластолюбец, при этом любит секс в себе, а не себя в сексе. С другой стороны — ханжа. В каком смысле? Если чтото уже дозволено обществом — он с радостью это принимает. Но дозволено мало. Тогда он либо втайне это недозволенное практикует, вслух при этом осуждая других. Либо и сам себе не позволяет, и тогда он невротизирован.

Можно сказать,, что эпилептоид более склонен к садомазохизму в сексе. Он любит подчинять сексуального партнера. Это не всегда выражается именно в требованиях какихто сексуальных действий, иногда, и даже часто, наоборот — в запрете на те или иные, даже вполне невинные с точки зрения современной сексологии, действия, например, в запрете на оральногенитальные игры. Запрещает себе — мазохизм. Запрещает партнеру — садизм. Запреты касаются и ритма половых актов. Вообщето сексологи сейчас ставят его в зависимость от половой конституции, и, положим, ежедневные семяизвержения (и даже несколько раз в день) мужчинам с сильной половой конституцией не противопоказаны. Но в замшелых книгах, написанных урологами и венерологами, рекомендует—3 раза в неделю. И вот он запрещает более частые акты всем, в том числе жене. А потребность у истероидок и гипертимок — ежедневные оргазмы. Куда же им деваться с их этими нормальными потребностями?

На сегодняшний день сексуально грамотные, осознавшие и принявшие свои садомазохистские сексуальные потребности эпилептоиды склонны удовлетворять их в игровой форме. Истероидные жены принимают эти игры, сами стимулируют их к обоюдной радости. Но эпилептоидные жены могут как раз сопротивляться.

Еще можно сказать, что эпилептоидмужчина больше склонен к нормальному (не носящему неотвязый, принудительный характер) вуайеризму. То есть эпилептоидный мужчина любит видеть. Обнаженную женщину, открытые ее половые органы, откровенные позы. Вариант: он садомазохистски вытесняет из своей психики эти желания. В то время как истероидкаженщина склонна к тоже нормальному (то есть тоже без «принудительности») эксгибиционизму. Тогда все хорошо: он смотрит, она демонстративно не скрывает. Гармоничная пара. Если, конечно, ни он, ни она не зашкаливают в психопатию. Но если он начинает требовать вещи, неприемлемые для нее, а она даже и простые вещи отказывается для него делать, то возникают страстимордасти. Опять же сопротивление может возникнуть со стороны эпилептоидных жен. Такая вот диалектика: в других жизненных узлах эпилептоид с эпилептоидкой находят общий язык, а в сексе — проблемы. Их можно разрешить простыми психотерапевтическими разъяснениями, чтением научной сексологической литературы. Эпилептоидка становится сексуальнее после того, как узнает, что авторитеты от сексологии «дозволяют» те или иные сексуальные действия.

Если эпилептоид сексуально неграмотен и стандартен, то он может и от других требовать стандартности. Тогда он жуткий святоша. Это более свойственно эпилептоидкам. Но это, как мы уже говорили, оборотная сторона активной сексуальности: запрещать — это садизм. В супружеской паре этот неосознаваемый садизм проявляется. И это не сексуальная игра. Но это игра бессознательных сил.

Секс эпилептоида может быть стандартным или расцвеченным в зависимости от его культурного уровня. Лучше, чтобы были осознанные игры с сексом, чем чтобы стихия играла людьми.

Итак, если вы эпилептоид и желаете продуктивного мира в супружестве, послушайте, что я вам скажу. Стремление ставить точки над «», подробное инструктирование, требование отчета о проделанном, стремление поставить партнера в позицию оценивания, отрицательные оценки, обвинения с применением неприятных эпитетов, перебивание, форсирование голоса при попытке со стороны партнера перебить, назидательность, авторитарность, повышенный тон, жесткость в голосе, высмеивание с применением заимствованных юмористических штампов — все эти типичные для эпилептоида конфликтогены делают его трудным для многих людей человеком. Для многих, в том числе — и в особенности — в семье. Эпилептоид любит наводить ужас на тех, кто не соблюдает милый его сердцу порядок. Но почти всем остальным членам семьи это совсем не нравится.

Эпилептоиду стоит отследить, отфиксировать в себе свои трудные для людей тенденции и оттормозить их. Конечно, полностью от себя не уйдешь, но существенно уменьшить проявление этих черт можно. Нужен тренинг.

Но и без тренинга эпилептоид может и должен себе внушить: человек дороже порядка. И повторять эту фразу про себя через каждые пять минут. Порядок, о котором идет речь, предписан кемто со стороны. И чаще — порядок, пришедший из прошлого. Эпилептоид — традиционалист, консерватор. Это ведь тоже раздражает многих людей. А потому эпилептоиду стоит более рационально подходить к нововведениям и не отвергать их с порога.

Эпилептоиды часто нерационально прижимисты. Имеет смысл пересмотреть эту позицию, если можно хотя бы слегка расслабиться относительно трат. Можно, например, с истероидной женой договориться о сумме, в реализацию которой эпилептоид не вмешивается вообще: нет ее, и все тут. Ну и легкие финансовые дополнения — по обстоятельствам. Будет явно меньше трудностей.

В поисках возможностей уменьшить конфликты один эпилептоид договорился, что он не будет возражать против покупки вещи, если жена сначала отойдет от прилавка на почтительное расстояние, а потом вспомнит об этой вещи и вернется. Интеллектом жена, хотя и истероидка, обделена не была, согласилась. Конфликтов стало явно меньше.

Мы обсудили сейчас ситуацию «вы — эпилептоид». Но ЕСЛИ РЯДОМ С ВАМИ ЭПИЛЕПТОИД, прежде всего оцените его плюсы. Ведь вот эпилептоидная жена полностью приводит в порядок квартиру. Она чаще всего работает и зарабатывает. Учтем, что настоящие (а не пыль в глаза) «бизнесвумен» — это чаще всего эпилептоидные женщины. Траты на одежду у эпилептоидки в тричетыре раза меньше, чем у истероидки. Авангардизм в одежде не исповедуют и мужчиныэпилептоиды. Они предпочитают строгий классический стиль, который всегда в моде. Так что и мужскаяодежда — дешевле. Освобождаются средства на другие, более важные приобретения: недвижимость, образование. А может быть, лучше заняться благотворительностью, чем гоняться за модой?

Хобби у эпилептоида — постолярничать, послесарничать — прагматически важные вещи. Эпилептоид — домовитый хозяин. Домовитый в том смысле, что в доме у него все устроено, он сам все наладилприладил, и возможно даже, сам сделал (антресоли, стеллажи, шкафы. ). Врезал два замка. Или даже три. Дверь всегда на запоре. Эпилептоид к вещам относится с уважением, починит. Есть мастерская на балконе. Или даже сарай, гараж. По крайней мере, он к этому стремится. Эпилептоид домовит и в том смысле, что все — в дом. Можно сказать даже, что эпилептоид — стяжатель. Ну, можно и не говорить так, чтобы его не обидеть. Но уж никак не расточитель. Жене это имеет смысл ценить.

Эпилептоид скромен в тратах, бережлив. Он не сделает лишнего междугороднего, тем более международного звонка, а позвонив, сэкономит секунды, будет краток — все только по делу.

Он нетребователен к оплате своего труда. Зарабатывает свои твердые 25 минимальных окладов, и на этом спасибо любому правительству. Он предпочитает меньше тратить, но зарабатывать деньги законными способами.

Эпилептоид много бывает на работе, но в основном «мой дом — моя крепость». Он склонен окунуться и в домашний уют, созданный для него истероидной или сензитивной женой. Он не любит общежитий и бульонов из кубиков, он любит тахту и свежеприготовленный огнедышащий борщ. Он не только домовитый, но и домашний.

Эпилептоид разумно решителен. Решение принято и выполняется. Ему как нельзя лучше подходит пословица «Семь раз отмерь, один — отрежь». Он энергетичен, работоспособен, работает планомерно, отдыхает, чтобы восстановиться и работать дальше. Спит в обычном ритме, с двенадцати до семи, но если надо, то встанет по первому требованию жизни. Телефонный аппарат — на письменном столе, и он, пробудившись после третьего звонка, идет к аппарату и берет трубку после пятогошестого звонка. Такая организованность ценится людьми.

В коммерческих делах на эпилептоида можно смело положиться. При известных предосторожностях, гарантирующих безопасность, с эпилептоидами иметь дело предпочтительнее, чем с другими психотипами. Они рискнут десятью процентами капитала, не больше, и не пойдут на сомнительные сделки, обязательно наведут справки. Они склонны то или иное дело проверять на малых оборотах капитала, поэкспериментировать — и только после этого увеличивать обороты. Отказ от риска делает эпилептоидов надежными. Они, как правило, всегда выполняют свои обещания. Эпилептоиду можно доверять тайны. Свои же тайны он доверяет, проверив надежность друга. Если все же доверил, то это и означает большое Доверие.

Эпилептоиды — это офицерский корпус по контракту, полиция, учителя, врачи, бухгалтеры. Здесь «уместны» назидательность, контроль, авторитарность. Для жен важно, что это престижные в нормальном обществе профессии. Их мужья уважаемы.


© Copyright 2017, faneraltg.ru. Все права защищены.